Доступність посилання

06 грудня 2016, Київ 07:58

К донецким всегда относились с неприязнью, считая нас бандитами

(Друкуємо мовою оригіналу)

Ноябрь 2014 года. В Киеве были всего два часа. Билеты были куплены в оба конца еще в Донецке. Житейская суета киевлян: торговля во всех местах, особенно в подземных переходах, забитые вагоны метро… И только иногда можно увидеть военную форму – и ту без «приложения», то есть, автомата Калашникова. Обычная мирная жизнь.

На мою просьбу ехать быстрей водитель маршрутки ответил: «Я еду по графику. И на конечной могу быть только на две минуты раньше. Не командуйте здесь!»

«Это просьба. Просто мы опаздываем на поезд», – отреагировал я. И подумал, что плохого, если пассажиры приедут на пять-десять минут раньше?

Киев, как и прежде, жил своей жизнью, и несмотря на почти такие же цены, как и в Донецке, дух здесь был другой. Мои проблемы и мой донецкий напор были чужды местным. Нутром я это чувствовал и успокаивал себя тем, что приходится просто в силу обстоятельств торопиться. Поезд тронулся через три минуты, после нашего прибытия на вокзал. Успели!

На остановке в Полтаве из первого вагона на перрон вышли военные. Появилась возможность пообщаться с ними.

– Как настроение ребята? Когда война кончится? Я сам из Донецка.

– Мужик давай с нами! – с улыбкой на лице и протянутой рукой обратился ко мне военный лет сорока. – Наведем порядок!

– Я не против. Но что мне делать со своими соседями, я не могу их пострелять.

– Да у вас там негры девчат насилуют. Как вы там живете?

– Какие негры? Что Вы несете? – недоумевал я.

– Так, нечего разлагать дисциплину! Хватит разговаривать, давайте по вагонам – прозвучал голос командира.

**********

Сижу у окна движущегося поезда, мысли перенесли меня от широких осенних полей в роковой май 2014 года. Почему в стране произошла такая поляризация? Кто стал безумцем? Я не мог поверить, но это факт: радостные соседи после донецкого «референдума» устраивали пикники, веря в свое счастливое будущее. Неужели все так же думают? Ответ пришел после моего эксперимента на воскресном базаре. Что-то во мне замкнуло и требовало выхода.

– По чем картошка?

– Двадцать гривен.

– А огурцы?

– По восемнадцать.

– А что это такие высокие цены?! А ну-ка давайте снижайте! На «референдум» ходили, так что все ваши данные записаны. Как вы помогаете «народной республике»? Проверим!

– Картошка по восемнадцать, а огурцы по шестнадцать – безапеляционнно прозвучало предложение. – Сколько мешков будете брать?

– Пока попробуем, чтоб бойцы меня не ругали, что не вкусно. Картошки четыре килограмма, огурцов два килограмма…

Торгующие, вероятно, муж и жена, к которым я обратился, начали взвешивать товар. Рядом сидящая торговка зеленью с ехидством спросила:

– А вы ходили на «референдум»?

– Нет, я не ходил.

– Как?.. – мои собеседники замерли.

– Я его организовывал!

Пожилая пара оживилась:

– Тут рядом торгует Вадим, он тоже участвовал в этом деле.

– Понятно. Спасибо за поддержку народной власти!

Обычно редко кто снижает цены, а тут появились такие возможности… Сэкономленные двенадцать гривен не жгли карман, но больше так не хотелось делать. Значит, действительно хотят в Россию. Эксперимент прошел успешно: выходит, очень многие этого хотят. Стало грустно и одиноко.

**********

Но такое противостояние с остальной Украиной не возникло само собой. Не знаю почему, но в 70-е годы, когда я служил в Черткове Тернопольской области, к донецким относились с неприязнью, считая нас бандитами. Когда же ты начинал говорить по-украински, то продавец уже не замечал всей очереди и готов был общаться только с тобой.

Но больше меня поразило отношение к нам уссурийцев, жителей Дальнего Востока: они донбассовцев также называли бандитами! Это все правда из первых уст. При общении как то я не сдержался: «Кто б говорил! Ведь официально у вас каждый четвертый ссыльный!..»

Но что с этим поделаешь. С невеселым настроением прибыли в Волноваху. По пути на вокзал пообщался с местной учительницей, собиравшейся срочно бросить свою малую родину и уехать в Киев. Начались занятия, и в первый же день ученики ее школы получили «подарки» из Донецка по воздушной почте от «градов» и минометов. С ее слов, никто не пострадал, но вести занятия в еще целой школе она очень боится.

Вопроса «куда я возвращаюсь», даже на подсознательном уровне, не возникло. Я давно для себя решил, что такова моя судьба, и от нее не убежишь. Как говорила моя теща: «Это нам за грехи! Да и кому мы нужны?»

Хотя недавно мне позвонил случайный знакомый по рабочим делам и предложил жить на его даче под Полтавой до марта месяца. Спасибо ему! А второе «спасибо» тоже ему, что разгадал слово «негры» из моего рассказа о встрече с украинскими военными. Наверное, это шахтеры, только вышедшие из забоя, у которых блестели только зубы – была подсказка. Какой же я не догадливый!

**********

На маленьком автовокзале полно народу. Очередь за билетами за сто человек. Повезло. Один из водителей по мобильнику вызвал своего коллегу и объявил, что сейчас подъедет еще автобус и за 25 гривен отвезет желающих в Донецк. Не получившие билеты застыли «на высоком старте». Передняя дверь желанного автобуса распахнулась прямо передо мной – значит, пятьдесят минут буду ехать сидя. Не без труда, но удалось сесть. Многие ехали стоя. Народ возвращался домой: может страх потеряли или думают, как и я.

Первый блокпост был украинским. К нам даже никто не зашел. Наверное, в обратную сторону, то есть в Донецк, не говорят «Счастливого пути!»

Картинки не поменялись: те же не убранные поля и следы войны. И вот, наконец, как наверное все едущие знали, последнее испытание, пост «ДНР». Водитель открыл переднюю дверь. В автобус лихо зашел молодой человек в камуфляже с автоматом:

– Разрешите познакомиться! Сержант из Рязани. Уже восемь месяцев у вас на Украине.

Моложавая женщина с детьми:

– А как же с тобой знакомится, ты даже маску не снимаешь?

– Военное время. Не положено. Мужчинам до 55 лет и женщинам до 35 лет всем выйти.

Шутка насчет знакомства частично сняла напряжение, но зачем выходить молодым женщинам? Мужчин было мало – человек шесть, и с ними вышла одна девушка лет двадцати пяти. Бравый россиянин начал с ней заигрывать, пощипывая за плечи и дергая за одежду. Все вернулись, кроме одного парня. Его отвели в сторону от автобуса. Ждали молча. Наконец, его отпустили. На вопрос, что от него хотели, не ответил. Может, проверяли телефон или еще что. Мою знакомую из-за телефона продержали на два часа, так как нашли фотку с котом, у которого на шее был завязан двухцветный бант. Не любят некоторые голубого неба и желтой пшеницы…

На Донецкой автостанции, как обычно, ходили с автоматами «ополченцы». Это было видно по форме и их выправке – типа мы местные.

– Ну какого… ты здесь забыл, рязанский парень? Тут своих дураков хватает. И как долго нас, донецких, будут называть бандитами?

Виктор Елфимов, инженер, город Донецк

Думки, висловлені в рубриці «Листи з окупованого Донбасу», передають погляди самих авторів і не конче відображають позицію Радіо Свобода


Надсилайте ваші листи: DonbasLysty@rferl.org

В ІНШИХ ЗМІ

Loading...

Показати коментарі

XS
SM
MD
LG