Доступність посилання

logo-print
07 грудня 2016, Київ 16:55

Телевидение в Луганске. Пропаганда и реалии жизни


Боевики после захвата здания прокуратуры в Луганске. Апрель 2014 года

Боевики после захвата здания прокуратуры в Луганске. Апрель 2014 года

В новостях украинского телевидения виновны одни. В интерпретации российского – другие. Но видеоряд из трупов и разрушений будет примерно одинаковым

(Друкуємо мовою оригіналу)

Читаю я вот такое. И первым долгом думаю: «Ха. Помнится мне, все актуальные люди хвалились, что телевизоры выкинули «сто» лет тому назад. ВООБЩЕ. Что смотреть «ящик» – отстой и тупизм. И, стало быть, не все ли едино, что по нему показывают и показывают ли вообще? Если он давно выброшен…»

Впрочем, логика – это последнее, чего стоит ожидать от пропагандиста в те минуты, когда он пытается объяснить, почему его участок работы провален. Потому что у него сейчас нет доступа к зрителям и слушателям, вы поняли (хотя хорошая пропаганда – эта та, что срабатывает задолго до войны, и лишь в частности во время нее).

Допустим, я не вполне современный человек. Телевизор у меня есть, и я его смотрю. А если не смотрю, он просто работает «для фона». Вот, как у людей кот. Живет себе, мурлычет. Иногда я заглядываю в телевизор одним глазом. Поэтому знаю все этапы жизни «телебачення» в Луганске в 2014 году.

После крымских событий ненадолго отключили все российские каналы. Потом их вернули. До августа были и российские и украинские. Потом не было никаких. И электричества, в общем, тоже.

Осенью появилось электричество и телевидение. День, когда телевизор заработал, был праздником. Тот, кто не жил при блокаде, этого не поймет. Сначала были только LifeNews, «Россия 24» и «Луганск 24». И ловились только на антенну. Потом добавился цвет, заработало кабельное и увеличилось число каналов.

Есть ли среди них сегодня украинские? Новостных нет. Впрочем, у кого есть спутниковая антенна – у тех ловится. У меня спутниковой антенны нет.

Стало быть, новости я смотрю в подаче российских «пропагандистов». Подавать новости они умеют. В основном, я смотрю, то, что показывают, и немного слушаю.

Пропаганда ли это? Вероятно. Но проблема в том, что если отключить звук, картинка не поменяется. Развороченные города и поселки, убитые люди, – останутся такими же, города разрушенными, люди убитыми, каким бы звукорядом их не сопровождали. Кроме того, показания телевизора я могу сравнить с тем, что вижу и слышу в реале, находясь в Луганске.

Решающим пунктом пропаганды сегодня считается «на кого возложить ответственность за событие». Думаю, что этот пункт позаимствован из пакета современной журналистики. В зависимости от объекта возложения меняется звукоряд программы. То есть в интерпретации украинского телевидения виновниками будут названы одни силы. В интерпретации российского – другие. А картинка будет примерно одна и та же.

К сожалению, на кого не возлагай вину, убитые люди от этого живыми не станут. И это решающе. То есть, чтобы добиться принципиально иного пропагандистского эффекта, придется изменить видеоряд.

Неизмеримо большим, по сравнению с телевидением пропагандистским эффектом обладают внетелевизионные факты. То есть, что не показывай по телевизору, от этого не появится прямое транспортное сообщение с Украиной, без блокады, без пропусков. Что не показывай по телевизору – не закончится война или, например, мобилизация. Таким образом, телевидение теряет ту пропагандистскую функцию, которую пытаются вернуть ему агитаторы и возвращается в более естественный для него отсек развлекательного.

В конце концов, развлечение тоже может нести в себе пропагандистскую нагрузку. Те каналы, которые поставляют более доброкачественные шоу, выигрывают потребителей, – и в политическом смысле тоже, как поклонников «хорошего продукта» (и тех сил, которые гарантируют его производство).

И в этом смысле нет тоски по украинским каналам. Я точно не принадлежу к поклонникам «Вечернего квартала». За других говорить не буду, может, им и не хватает.

Наконец, украинское телевидение может снабдить потребителей украинской речью как таковой. Помнится, первый раз «Аватар» я смотрел по-украински. Что-то в этом есть, конечно. С другой стороны – сейчас в Луганске есть несколько каналов, где американские фильмы сопровождаются украинским дубляжом. Что и требуется. Данный пропагандистский эффект, разумеется, не стоит сбрасывать со счета.

Пара слов об исчезновении довоенных Луганских каналов: ЛКТ, «ИРТА» и ЛОТ.

Каналы эти были концептуальны более чем полностью. Их отличительной особенностью было, что в самые горячие моменты новейшей истории, когда человек прилипал к телевизору в надежде узнать новости, они обрушивали на зрителей передачи о животных, программы про шоппинг и интервью с медийными персонами на отвлеченные темы.

Актуальность никогда не стояла в списке первоочередных задач местного телевидения. Видимо, луганские каналы были выше этого.

Луганские новости вначале показывали по всеукраинским каналам, и лишь дня чрез три – по местным. Впрочем, были и другие уникальные особенности местного телевидения. Например, если вам не удавалось сделать самую отвратительную в вашей жизни фотографию, нужно было поучаствовать в какой-нибудь передаче ЛКТ. Там владели секретом, как снять персону максимально неудачным образом. Обладали тайным знанием, как сделать озвучку передачи «любительской». Или – как наложить диктору самый нелепый макияж. И так далее, и так далее, и так далее.

Так что на фоне довоенных Луганских каналов теперешнее «Луганск 24» выглядит даже прилично.

Пропаганда – это искусство не лобового воздействия. Пропагандистские задачи украинским телевидением проваливались за счет обычного непрофессионализма. Нет никаких причин к тому, чтобы на почве войны украинские пропагандисты «вдруг» повысили свой класс. Так что возвращай на Донбасс украинское телевидение или нет – вряд ли это поможет.

Петр Иванов, психолог, город Луганск

Думки, висловлені в рубриці «Листи з окупованого Донбасу», передають погляди самих авторів і не конче відображають позицію Радіо Свобода


Надсилайте ваші листи: DonbasLysty@rferl.org

В ІНШИХ ЗМІ

Loading...

Показати коментарі

XS
SM
MD
LG