Доступність посилання

logo-print
09 грудня 2016, Київ 16:26

«Новороссии» больше нет, её нашивки запрещают даже носить


Пророссийский митинг в Донецке. Март 2014 года. Иллюстративное фото

Пророссийский митинг в Донецке. Март 2014 года. Иллюстративное фото

Донбасс всегда был регионом с самой слабой национальной государственной политикой

(Друкуємо мовою оригіналу)

В советскую эпоху национализм носил форму табу: любое проявление национального самосознания тут же клеймилось как буржуазный предрассудок, ограничивающий мышление и сбивающий человека с «истинного пути». Вместо этого была предложена идеологема «советского человека», вмещавшая в себя все национальности огромной страны и не шедшая вразрез с будущим построением коммунизма, где, словно перед Господом Богом, все люди будут равны независимо от их национальностей.

После развала СССР шлейф «советского человека» всё ещё блуждал в некоторых регионах бывшей «великой страны», когда, несмотря на образование национальных государств, ещё вчерашние советские люди так и не могли понять, кто они теперь в новой действительности. Эта неопределённость тлела в умах тем дольше, чем слабее была национальная политика государства. В особенности в регионах, где национализм был инородным телом в силу огромного количества национальных меньшинств. Разумеется, в нашем, украинском государстве таким регионом оказался Донбасс.

И если «великая Россия» довольно быстро переориентировала идеологические рельсы на своё величие, став развивать, в общем-то, правильный в умеренных дозах посыл, то на Донбассе даже спустя 20 с лишним лет украинское самосознание так и не пустило прочных корней, едва начав зарождать этот процесс в умах нового, уже рождённого в Украине поколения, – как вдруг воссиял триколор.

Воссиял вовсе не российский, а «республиканский» триколор, да к тому же разбавленный непонятным флажком американских конфедератов, только без привычных звёзд на кресте!

И ладно бы российский, – с этим пазлом ориентированное на ещё старую идейную лампочку «советских людей» местное сознание справилось бы, где-то в своих глубинах припоминая, что «советский» на деле всё-таки всегда означал «российский», ну а значит и мы причастны к «великой стране». Но воссиял вовсе не российский, а «республиканский» триколор, да к тому же разбавленный непонятным флажком американских конфедератов, только без привычных звёзд на кресте! На такой стимул реакции не последовало, и привычная слюна патриотизма зависла знаменитым бараньим взглядом где-то между имперскими амбициями Стрелкова, мечтавшего едва ли не о России времён Николая II, – и «кадыровцами», кричавшими на площади Ленина «Ля иляха илля Ллах!».

И всё-таки сегодня, по прошествии полутора лет, эти люди всё ещё мнят себя кем угодно, только не украинцами. Я говорю «эти люди», ибо имею в виду исключительно сторонников «ДНР», к которым не отношусь ни сам, ни многие из тех, кто всё ещё разделяют моё пребывание здесь, в Донецке. Я говорю «кем угодно», ибо вопрос о том, кто же они такие – «ДНРовцы», «новороссцы», а может быть – «новороссияне», или просто – жители абстрактной страны – всё ещё остаётся открытым.

Разумеется, то, как себя называть, не играет такой уж существенной роли перед свининой по 400 рублей и двухтысячной пенсией. Но то, как он чертовски верно определяет эту самую уже «золотую» свинину и мизерную пенсию – иногда просто поражает, ведь именно желание не быть украинцами опустошило донбасские кошельки и принесло истинное царство «русского мира» с такой привычной для него нищетой.

Нет, наша страна не была Швецией или Данией, и до «ДНР» здесь хватало проблем. Но в разговорах с нынешними «республиканцами», мирными жителями, никогда не бравшими в руки оружия, создаётся впечатление, что вместо «советских людей» был создан совершенно иной тип, – тип личностей, чья идеология представляет собой неваляшку, принимающую прежнее положение, какой бы ни была сила извне. Ты говоришь им:

Из «армии» уже давно сбежали идейные. Сейчас уходят и те, кому перестали платить. Цены взлетели

«Взгляните: «Новороссии» больше нет, её нашивки запрещают даже носить. Где ваша великая страна от Одессы до Харькова? Где танки, берущие Мариуполь, в котором только спят и видят, как бы ездить через 12 постов в Краматорск? Где войска, освобождающие 2/3 вашей «оккупированной» территории? Где Россия и братский народ, который только и делает, что пилит на металл ещё не разграбленные заводы, и где на Донбассе «Крым наш»? Из «армии» уже давно сбежали идейные. Сейчас уходят и те, кому перестали платить. Цены взлетели, тысячи людей погибли просто так, ни за что. Сотни живут в нищете. Вы стали как та проститутка, которую «великий царь» подкладывает всякий раз, когда нужно «чуть-чуть подождать». Неужели не ясно, что всё это просто так?».

И им не ясно! Нет, говорят они, пускай «Новороссию слили», пускай у нас мизерные пенсии и зарплаты, а продукты дороже, чем в Украине. Пускай мы не знаем, как точно назваться – «республиканцами», россиянами или «новороссцами» – но всё равно, лишь бы не так, как у них, украинцев, потому что мы – не они.

Я и сам имею массу претензий к своему государству, и порой совершенно не понимаю, что происходит в голове у людей, делящих со мной одни жёлто-голубые цвета

Это «не они» прививалось здесь долго. Говоря о донбасской идентичности, стоит вспомнить не только архетипы коллективной психологии советской эпохи, но и Партию регионов, и косой взгляд на Восток и почти отмашку национальной политики всего периода независимости, когда во Львове никому и не стоило разъяснять, кто они такие, что угадывалось в ярких цветных вышиванках, – а Донецк нуждался в них, как в глотке воды. Это, разумеется, не означает, что обида, умноженная на глупость, снимает с кого-то вину. В конце концов, я и сам имею массу претензий к своему государству, и порой совершенно не понимаю, что происходит в голове у людей, делящих со мной одни жёлто-голубые цвета.

Проукраинский митинг в Донецке. Апрель 2014 года

Проукраинский митинг в Донецке. Апрель 2014 года

И, тем не менее, живя уже полтора года под огромным массивом пропаганды, пережив несколько мощных обстрелов и испытав на себе всю нищету нашего некогда богатого края, я не позволил себе взять в руки оружия и пойти убивать тех, у кого в паспорте стоит точно та же страна. Кстати, паспортов «эти люди» также не поменяли, хотя одно время и была мода на трёхцветные тугие обложки в предвкушении скорого освобождения всей «республиканской» земли.

С каждым днём идея «республики» всё эфемерней, не говоря уже о таких аутсайдерах имперских умов, как «Новороссия»

С каждым днём идея «республики» всё эфемерней, не говоря уже о таких аутсайдерах имперских умов, как «Новороссия». И с каждым днём создаётся всё большее впечатление, что это – «оne way ticket» для тех, кто пока ещё дёргает за нити судьбы людей, всё ещё остающихся на этой земле.

В любом случае, полёт когда-то закончится, могилы, как обычно, зарастут травой, а те, кто сегодня всё ещё ходят по донецким улицам с мыслями «Россия приди», станут снова впитывать «враждебный» им мир: с украинской пенсией, с ворчанием о президенте-предателе и с нормальными ценами вместо московских, в рублях. Это очевидно. И, видимо, именно очевидность и не позволяет наступить этому прямо сейчас, всё ещё оставляя людей в выдуманном пространстве между вопросом о том, как же всё-таки писать это новое слово – «новороссцы» – с двумя или только с одной буквой «с»?

Сергей Андреев, безработный, город Макеевка

Думки, висловлені в рубриці «Листи з окупованого Донбасу», передають погляди самих авторів і не конче відображають позицію Радіо Свобода


Надсилайте ваші листи: DonbasLysty@rferl.org

В ІНШИХ ЗМІ

Loading...

Показати коментарі

XS
SM
MD
LG