Доступність посилання

04 грудня 2016, Київ 06:32

Друзья «ЛНР». «Большие белые братья» хотят возвращения долгов


Руины Луганского аэропорта. Июль 2015 года. Иллюстративное фото

Руины Луганского аэропорта. Июль 2015 года. Иллюстративное фото

Не понимая, что такое «стержневой базис», я уже мало беспокоюсь о предположении Платона, что Россия и Украина – это «стрежневые базисы русской цивилизации»

(Друкуємо мовою оригіналу)

У «ЛНР» и «ДНР», как известно, множество сочувствующих и готовых им помочь во всем мире. Причины сопереживания и готовности помочь словом и делом разные. Одни помогают людям на Донбассе из сострадания. Другие – по идейным соображениям. Тонкие моменты происходящего не видны, допустим, в Испании или на Кубе, где, в том числе, находятся сторонники «республик». Молодые и горячие головы уверены, что идет война за правду, справедливость, счастье. Найдется немало тех, кто ждет, что в «республики» вернется СССР, который для простых людей во всем мире навсегда остался идеалом справедливо устроенного общества.

Мы-то не думаем, что речь идет о возврате социализма

Что происходит на самом деле, с Кубы, разумеется, не видно. Тем более, что это непонятно многим, даже находящимся в «республиках». Разница в том, что мы-то не думаем, что речь идет о возврате социализма. Взгляды людей, находящихся в Луганске или Донецке, на происходящее неодинаковы. Но предположим, что некий человек, живущий здесь безвыездно, несмотря ни на что, ни разу не пожалел, что он «ходил на референдум», нисколько не изменил свой взгляд на картину в целом и продолжает считать, что будущее нескольких миллионов людей, живущих на этой территории – в независимости. Что подумает он, прочитав такую, например, статью.

В этот период Платон не раз посещал Донбасс и видел все то, что… обычно видят российские журналисты

Первое, что бросается в глаза: создание такого рода текстов у российского публициста Платона Беседина, очевидно, доведено до автоматизма. Впечатление совершенно правильное, поскольку он не первый день в журналистике и желающие могут ознакомиться с его работами, выложенными в открытый доступ. Множество из них посвящено произошедшему на Донбассе в последние два года. В этот период Платон не раз посещал Донбасс и видел все то, что… обычно видят российские журналисты.

Как водится у профессионалов, каждая небольшая поездка вдохновляла автора на создание текстов, где выводов было вдвое-втрое больше, чем фактов. Выводы, разумеется, всегда были нужными, позитивными. Но само по себе это не может возмущать, потому что пропаганда – это пропаганда и ничем иным быть не может. Современные же пропагандистские лекала как раз предписывают такое соотношение фактов и выводов.

Что же мне не нравится? Во-первых, бросающаяся в глаза малограмотность, увы, присущая не только данному автору, а довольно распространенная среди современных журналистов вообще.

Возьмем, например, такой отрезок текста:

«Ведь именно в Донбассе сегодня находится точка сборки, точка примирения русской цивилизации, стрежневыми базисами которой являются Россия и Украина, чьё существование возможно лишь при их сотрудничестве друг с другом, при полифонии мнений внутри стран».

Не понимая, что такое «стержневой базис», я уже мало беспокоюсь о предположении Платона, что Россия и Украина – это «стрежневые базисы русской цивилизации»

«Стержневой базис» – это что? А «полифония мнений?» Не понимая, что такое «стержневой базис», я уже мало беспокоюсь о предположении Платона, что Россия и Украина – это «стрежневые базисы русской цивилизации». Нет никакого смысла это оспаривать или подтверждать.

Впрочем, этот «стержневой базис» менее интересен, чем мысли из первых абзацев статьи:

«…Или, я бы сказал, расширяя – установление нормальной жизни в «народных республиках». О них говорят часто, но, к сожалению, по большей части в политически спекулятивном ключе: кто кого обстрелял, кто кого предал и кто кого ликвидировал. Однако первостепенно – жизнь людей там, на военной территории. Жизнь сложнейшая, тягостная, но вместе с тем являющаяся…»

Это очень характерная мыль людей внешнего, благополучного мира, что разговоры об обстрелах, предательствах и ликвидациях – это «разговоры в политическом спекулятивном ключе»

Это очень характерная мыль людей внешнего, благополучного мира, что разговоры об обстрелах, предательствах и ликвидациях – это «разговоры в политическом спекулятивном ключе». Как и выспренное заявление, что «первостепенна жизнь людей на военной территории». Дело в том, что жизнь на военной территории в лучшем случае наполовину как раз и слагается из обстрелов, предательств и ликвидаций. Иногда она слагается из них на 99 процентов. Постичь этого не в силах не только Беседин, но и огромное количество сытых людей из внешнего мира, полагающих, что им есть что сказать о происходящем.

Следующий пассаж: «Собственно, именно справедливость и совесть должны стать духовными локомотивами Донбасса. Иначе всё это было зря. Во многом потому на охваченных братоубийственной войной землях наступил мир. Хрупкий, но мир. От этого надо оттолкнуться, ища точки соприкосновения, зоны консолидации в новом…»

Я сейчас пропущу «духовный локомотив». Поскольку вижу нечто более интересное. А именно: нам рассказывают, что мы ДОЛЖНЫ.

В 90 процентах случаев гуру обозначают, что люди Донбасса ДОЛЖНЫ. Это не оговорка и не демонстрация небольшого словарного запаса. Это именно жизненная позиция

Интересен данный оборот постольку, поскольку он тоже является родовой приметой людей, намеренных помочь Донбассу словом и своим могучим интеллектом. В 90 процентах случаев гуру обозначают, что люди Донбасса ДОЛЖНЫ. Это не оговорка и не демонстрация небольшого словарного запаса. Это именно жизненная позиция.

Свою миссию они видят в том, чтобы научить правильной жизни

Люди, подобные Беседину, ощущают себя Большими Белыми Братьями недалеких и несовершенных жителей Донбасса. Свою миссию они видят в том, чтобы научить правильной жизни. Как то: перечислить все, что жители Донбасса «должны». Проследить, чтобы они свои «долги» вернули платонам в должном объеме. Сначала платоны добиваются этого мягкими увещеваниями. А если их не поймут с полоборота, то и по-другому. Отеческой поркой, какой-нибудь, вероятно.

Роль аборигена маленькой бедной станы, которому повезло попасть в должники к «Большому белому брату» – это не та роль, ради которой стоило повергаться обстрелам, предательству и ликвидациям

Примеры такого рода расстановок довольно многочисленны, чтобы считать данные тезисы в тексте случайностью. Платон и его креативы интересны именно тем, что они оказываются примером типичного и, хотя безграмотно, озвучивают, очевидно, некую Генеральную Линию. В ответ на это хотелось бы заметить, что роль аборигена маленькой бедной страны, которому повезло попасть в должники к «Большому белому брату» – это не та роль, ради которой стоило подвергаться обстрелам, предательству и ликвидациям, представляющимся Платону скучной политикой.

Под конец своей проповеди, Беседин вспоминает, что в заголовке посулил рассказ о «донбасской идентичности». И выдает на лоток: «Донбасс родил новые смыслы, новых людей, новую идентичность. Идентичность, состоящую из сплава патриотизма, стойкости, чести, справедливости и, безусловно, терпения. Итог этот есть базис и суть нового мира, который нам предстоит строить в новом году»

Я, увы, лишен возможности выяснить у Платона, какой новый мир он намерен строить в новом году. Но скромно замечу, что патриотизм, честь, совесть, справедливость и, безусловно, терпение были присущи людям Донбасса еще до рождения Платона. Рожать их заново не пришлось, он ошибается. Ну, а коль они и являются основой «идентичности», то же самое относится и к ней.

Будь моя воля, я бы из этой «идентичности» вынул «терпение». Потому что именно оно превращает людей в материал для социальных экспериментов

Будь моя воля, я бы из этой «идентичности» вынул «терпение». Не потому, что это плохое качество. А потому что именно оно превращает людей в материал для бесконечных социальных экспериментов и дает многим и многим гражданам основания думать, что людей Донбасса можно доить бесконечно, понукая, когда дойка выходит не столь ударной, как это было задумано.

Под конец замечу, что, имея таких друзей, как Платон, и врагов уже особенно не надо. Это вам скажет любой абориген любой страны, в любой точке земного шара, которая имела удовольствие быть колонией и познала весь спектр отношений с Большими Белыми Братьями.

Если «новый мир», задуманный Платоном, это мир колониальный, то участвовать в его строительстве я не хочу

Наш мир уже давно перестал быть миром колоний и метрополий, настолько давно, что эта новость устарела. Если «новый мир», задуманный Платоном, это мир колониальный, то участвовать в его строительстве я не хочу. Старый меня устраивает значительно больше.

Петр Иванов, психолог, город Луганск

Думки, висловлені в рубриці «Листи з окупованого Донбасу», передають погляди самих авторів і не конче відображають позицію Радіо Свобода

Надсилайте ваші листи: DonbasLysty@rferl.org

В ІНШИХ ЗМІ

Loading...

Показати коментарі

XS
SM
MD
LG