Доступність посилання

03 грудня 2016, Київ 23:54

Многие люди, которым за сорок, вполне осознанно отказались уезжать, в то время как их дети уехали с лёгкостью

(Друкуємо мовою оригіналу)

Нет, есть всё-таки в жизни здесь огромные преимущества. В меня, очевидно, уже полетели помидоры и яйца. Ладно, вытерплю.

Самый веский аргумент, против которого вряд ли будет, чем крыть – это ДОМ. Здесь можно сто раз сказать, что мы его возим с собой, как улитки, что дом – это, прежде всего, люди, семья, но на самом-то деле свой настоящий дом у большинства людей один. Так ведь и должно быть. Дом, который строили ещё бабушка с дедушкой. Дом, который нужно ремонтировать, который далеко не из глянцевого журнала, но который пахнет детством и снится по ночам. Это в молодости пьянящая даль дорог, рюкзак за плечами и сладкий сон на любых диванах, а с возрастом оказывается, что нет лучшего отдыха, чем оказаться у себя дома.

И с возрастом рубить канаты, уезжая, всё сложнее. Из моих уехавших молодых знакомых легче всего уезжали те, кто не имел своего жилья

И с возрастом рубить канаты, уезжая, всё сложнее. Из моих уехавших молодых знакомых легче всего уезжали те, кто не имел своего жилья, кто привычно кочевал по городам вслед за работой или всегда мечтал вырваться из родительского гнезда, но случай никак не подворачивался. Мотивировали отъезды тем, что едут от войны, едут туда, где есть работа, уезжают в безопасность, но спустя время оказывалось, что только в американских сериалах легко снимать жильё, перевозить вещи и жить жизнью полной романтики по чужим квартирам, которые в американских фильмах отчего-то гораздо лучше тех, который можно себе позволить.

В этой привязанности к своему жилью много всего – и молодость, и вложенные силы, средства, время, воспоминания, и понимание того, что другого своего как и лучшего уже не будет

Все люди постарше маниакально держались за свои дома-квартиры. Хотя, нет, за дома держатся много больше. В этой привязанности к своему жилью много всего – и молодость, и вложенные силы, средства, время, воспоминания, и понимание того, что другого своего как и лучшего уже не будет. Есть в этой привязанности что-то похожее на любовь к старому супругу – не молод, далеко не красив, здоровьем не крепок, а смотришь на него, и что-то внутри сжимается – разве кто-то ещё знает о нём столько? Многие люди за сорок вполне осознанно отказались уезжать, в то время как их дети уехали с лёгкостью. Родители хорошо понимают, что уже на своё жильё они никогда не заработают, а устраиваться где-то с нуля не тот возраст. Далёкие от политики мотивы.

Работа. Тоже аргумент так себе, для тех, кто молод. Ну, уволился, всё равно что-то потом где-то найдёшь. Человек к сорока годам хорошо понимает, что синица в руках в виде маленькой, но должности, куда лучше воображаемого журавля в небе.

Мне было непонятно, на каких мотивах держится команда из нашего участкового педиатра и детской медсестры районной детской больницы в промежутке девяти месяцев без зарплаты

Мне было непонятно, на каких мотивах держится команда из нашего участкового педиатра и детской медсестры районной детской больницы в промежутке девяти месяцев без зарплаты. В чём их мотивы? Конечно, они срывались, конечно, предел терпения был где-то гораздо раньше, но никто из их маленьких пациентов и суетливых мамочек этого не заметил. Также принимали, отвечали по телефону, лечили, бегали на вызовы, как и тогда, когда зарплата и аванс выплачивались регулярно. И я страшно признательна им, что они оказались на своих местах.

Для меня отчего-то они были маяком, знаком того, что всё настолько плохо не может быть бесконечно. Моя коллега, которая не такой чтобы начальник, постоянно повторяла: «Я не в том возрасте, чтобы начинать где-то снова с нуля. Это не делают в пятьдесят лет». И в чём-то оказалась права. По крайней мере, её уверенности хватало на всю её семью.

Все, кто выехал, кто снимает жильё, невольно участвует в марафоне на собственную состоятельность

Жизнь в безвременье. Как для положительного аргумента звучит не очень, но я попробую объяснить. Все, кто выехал, кто снимает жильё, невольно участвует в марафоне на собственную состоятельность – сколько ты получаешь, что можешь купить, куда можешь позволить себе поехать в отпуск. Эти критерии диктуют большие города, рестораны, светящиеся витрины магазинов.

Все, оставшиеся здесь, имеют столько проблем, что вопросы нарядов, новых гаджетов, отпуска и новой сумочки уже давно не актуальны

Моя приятельница в Харькове смогла устроиться по второму образованию – юристом. Она жалуется на зарплату, не беря в расчёт, что у неё совершенно нет опыта, стажа, а есть только диплом о свежем оконченном высшем образовании в сорок лет. Конечно, она испытывает глубочайший стресс от того, что работая по специальности, не может себе ничего позволить, как, собственно, и раньше.

Все, оставшиеся здесь, имеют столько проблем, что вопросы нарядов, новых гаджетов, отпуска и новой сумочки уже давно не актуальны. Спросите кого-то здесь, важен ли для них телефон последней модели или новый ноут вместо хорошего, но чуть устаревшего? Ничуть. Вам вполне искренне похвалятся тем, как же удачно ещё до войны была куплена стиральная машина, как ловко удалось отремонтировать компьютер, а телефон, к счастью, исправно работает, не смотря на его «возраст». Одежда и обувь где-то из этой же серии удовольствий – приятно, если появилось новое, но без всего, как показал опыт, можно легко обходиться. Поэтому и получается, что радости стали как-то больше не материальными – общение, книги, встречи, хорошие фильмы. И оценка по материальному уровню тоже отпала сама собой. Давно уже не слышала, чтобы кто-то кичился купленной брендовой вещью. При мне студентка хвалилась своим друзьям, что оказавшись в Рубежном «нагребла дешёвых тряпок на две с половиной тысячи гривень, на пять лет их хватит».

Моя приятельница пожаловалась, что начала терять зубы после лета 2014-го – стрессы

Бездна самоиронии. Моя приятельница пожаловалась, что начала терять зубы после лета 2014-го – стрессы. Хуже всего то, что выпал самый «видный» передний зуб. Ей ответили: «Вы сможете отлично свистеть». Жизнь научила смеяться над собой, а над другими подшучивать мы всегда умели.

Коллега на полном серьёзе рассказывала, как решила носить чёрную и немнущуюся одежду после того, как в светлом ей пару раз пришлось упасть «мордой в собачью кучу» где придётся во время обстрелов. Вот она, ирония, помогающая жить.

И ещё мы живём в вакууме, в котором нет путешествий, нет моды, нет сравнения машин и размера кошельков

И ещё ценности стали совершенно другими. Мой приятель написал книгу, вложив в издание несколько своих зарплат. Это его способ противодействия стрессам и то, к чему он долго шёл. Кто-то маниакально вяжет и участвует в выставках, кто-то «открыл» для себя плавание, хотя, что мешало заниматься этим раньше? И ещё мы живём в вакууме, в котором нет путешествий, нет моды, нет сравнения машин и размера кошельков. На чужую жизнь и другие страны мы смотрим только через интернет, а в этом тоже, наверняка, есть свои преимущества. Преимущества, в принципе, есть во всём. Иногда нужно просто научиться их находить.

А уж это мы все умеем делать после того самого лета.

Яна Викторова, преподаватель, город Луганск

Думки, висловлені в рубриці «Листи з окупованого Донбасу», передають погляди самих авторів і не конче відображають позицію Радіо Свобода


Надсилайте ваші листи: DonbasLysty@rferl.org

В ІНШИХ ЗМІ

Loading...

FACEBOOK КОМЕНТАРІ

XS
SM
MD
LG