Доступність посилання

08 грудня 2016, Київ 10:27

День «освобождения» Луганска. Сливы на столе


Иллюстративное фото. Разрушенный дом в Луганской области. Октябрь 2015 года

Иллюстративное фото. Разрушенный дом в Луганской области. Октябрь 2015 года

(Друкуємо мовою оригіналу)

8 сентября в Луганске отметили вторую годовщину «снятия осады» города украинскими войсками. Формат «праздника» нельзя назвать жизнерадостным. Провели акцию памяти и скорби с горящими свечами, посвященную тем, кто эти бои не пережил.

Я пережил, да и многие пережили. Так что о нас речи нет. «Спасибо, что не убили», да. А раз не убили – живите и радуйтесь. И говорить больше не о чем.

Я и радуюсь, почему нет. Без помощи антидепрессантов? Абсолютно. Скажу больше: даже без помощи водки. Раз на митинге по случаю годовщины меня не было, вам, наверное, интересно, как я провел этот день, посвященный «стойкости» луганчан, которые не покинули любимый город в тяжелую годину. То есть и меня, в том числе. Я же не покинул.

Большая часть этого дня была проведена мною в наисвежайших мыслях, где взять денег. Разумеется, тем луганчанам, которые были в Луганске летом 2014-го, не полагается за это никакой компенсации

Большая часть этого дня была проведена мною в наисвежайших мыслях, где взять денег. Разумеется, тем луганчанам, которые были в Луганске летом 2014-го, не полагается за это никакой компенсации. Поэтому бороться за жизнь надо в том же или большем темпе, как если бы не было никакой войны и никакой блокады. Тем более, что и щедрая «гуманитарная помощь», собираемая по всей планете, и поступающая затем в Луганск, поступает затем исключительно гражданам, которые собрали и предоставили справки о своей социальной незащищенности.

Говорить о том, что я социально незащищен, у меня нет никаких оснований. Я – не многодетная мать, не мать-одиночка и не ветеран «Великой отечественной войны». Не афганец и не чернобылец. Я не воспитываю инвалида. У меня все хорошо.

Бабушка моя почему-то радоваться не хочет (хоть тоже пережила обстрелы в Луганске), а жаждет злата, то есть украинской пенсии

Не менее прекрасно обстоят дела у моей бабушки-пенсионерки. «Луганская народная республика» выплачивает ей «пенсию», проиндексированную по своему «собственному внутреннему курсу». Казалось бы – живи и радуйся. Но бабушка моя почему-то радоваться не хочет (хоть тоже пережила обстрелы в Луганске), а жаждет злата, то есть украинской пенсии.

Поскольку Украина «объявила войну» – ни на жизнь, а на смерь – лжепереселенцам, (а всем остальным она, как представляется ее социальным функционерам, ничего не должна), а луганчане, со своей стороны – не те люди, которых можно поставить на колени, бабушка уже дважды ездила в подконтрольную Украину, чтобы восстановить поток злата. Весной и летом. За мой счет, разумеется. Ее собственная «элэнэровская» «пенсия» не допускает такие широкие жесты. А я, разумеется, ей не могу отказать. Обе поездки не привели к желаемому результату. Теперь намечается третья. За тот же самый, то есть мой, счет. По этому поводу, как я думаю, в сентябре и октябре кушать я буду через день, это в лучшем случае.

С другой стороны – овощи и фрукты в Луганске сейчас дешевы. Покупал сливы по 10 рублей за килограмм. На «элэнеровскую» «пенсию» можно купить два центнера слив.

У Льва Толстого есть про сливы эпичный рассказ. Я его очень люблю. Вещь посильнее Стивена Кинга, по-моему:

Потом я убирал в подъезде, где остались следы жизнедеятельности собаки моих соседей. Почему я? Потому что собака оставляет их каждый день, и соседи элементарно устали за ней убирать, и в какой-то момент им стало проще говорить, что их собака тут не причем. К тому же они занятые люди. У них много сил, они не проводили лето в Луганске, силы сберегли, теперь тратят их на интересные и полезные дела.

Потом думал: после того, как оплачу бабушкину поездку в подконтрольную Украину, останется ли у меня еще несколько рублей, чтобы добежать хоть до какой-нибудь границы?

Потом я читал Рэя Брэдбери.

Потом думал: после того, как оплачу бабушкину поездку в подконтрольную Украину, останется ли у меня еще несколько рублей, чтобы добежать хоть до какой-нибудь границы? Потом включил телевизор, посмотрел на репортаж о «героических луганчанах», которые «отстояли» город летом 2014-го и попытался на глаз определить, сколько участников митинга летом 2014-го были в Луганске.

Потом подумал о «Бэтмене», который летом 2014-го был в Луганске и тоже «героически» «за него стоял». И о том, где он теперь

Потом подумал о «Бэтмене», который летом 2014-го был в Луганске и тоже «героически» «за него стоял». И о том, где он теперь. И о его команде. Аналогично.

Потом понял, что праздную годовщину как-то плохо, и надо бы все-таки выпить коньку, тогда праздничное настроение появится.

Но коньяку не было. На столе стояли сливы.

Петр Иванов, психолог, город Луганск

Думки, висловлені в рубриці «Листи з окупованого Донбасу», передають погляди самих авторів і не конче відображають позицію Радіо Свобода

Надсилайте ваші листи: DonbasLysty@rferl.org

В ІНШИХ ЗМІ

Loading...

FACEBOOK КОМЕНТАРІ

XS
SM
MD
LG