Доступність посилання

logo-print
05 грудня 2016, Київ 02:56

(Друкуємо мовою оригіналу)

Мой приятель из маленького шахтёрского городка Луганской области. Из тех, в которых вся жизнь крутится вокруг шахт и копанок. С моим другом всё точно также – даже бабка работала на шахте, а уж все мужчины его семьи и подавно. И, что вполне закономерно, почти у всех были тяжёлые болезни и ранние смерти как следствие такой работы. Мой приятель разорвал этот круг – получил заочно высшее гуманитарное образование, бросил шахту, чем удивил наповал всех вокруг, и пошёл работать по специальности гуманитарием.

Ему нравилось носить костюм. Он купил портфель. И стал маленьким начальником в своём маленьком шахтёрском городке. Когда он шёл утром на работу, ему вслед оборачивались… Его стали узнавать, у него появилось имя. Потом он женился, родился ребёнок, и денег стало остро не хватать. И портфель, и костюм отправились в шкаф, а мой друг вернулся на шахту – дорабатывать шахтёрский стаж и зарабатывать деньги.

Не то, чтобы у него была меркантильная жена, но гораздо больше высших материй она понимала полный холодильник, к ужину пиво и в перспективе новый телефон. Обычная история! Мой приятель работал на шахте, и даже где-то был рад, что всё вот так – семья, своя трёхкомнатная квартира, вполне измеримые и реальные планы. Пусть и в маленьком шахтёрском городке, о которых говорят, как о Богом забытых местах.

Потом война.

Его городок обстреливали, и мой приятель принял волевое решение вывозить семью. Тоже просто, понятно и даже логично – так делали многие. Поехали они приглашению Амана Тулеева

Его городок обстреливали, и мой приятель принял волевое решение вывозить семью. Тоже просто, понятно и даже логично – так делали многие. Поехали они приглашению Амана Тулеева. Да-да, в прямом смысле. Он их пригласил с телеэкрана! И они поехали. Вероятно, Тулеев приглашал многих, но услышали и вняли его призыву в первой волне беженцев мои знакомые.

Приехав, они вполне закономерно стали ждать всего обещанного – преференций по благоустройству их жизни, жилья и работы. Им дали денежное подспорье в размере 40 тысяч рублей и комнату в общежитие.

И тут у моего приятеля обнаружилась хватка просто доселе невиданная. Он вцепился во все властные структуры хваткой раненого аллигатора

И тут у моего приятеля обнаружилась хватка просто доселе невиданная. Он вцепился во все властные структуры хваткой раненого аллигатора. Он стал звонить и писать, ходить и просить. Требовать, в конце концов. Он писал всем – он имел право, потому что приехал не просто, а по приглашению самого губернатора, как беженец и забыть об обещанной манне небесной ни он, ни его жена были не готовы.

Тот российский город, в котором они решили пускать корни, очаровал их. В сравнении с их шахтерским городишкой (воду давали по часам, а напор был настолько слабый, что часто приходилось поднимать вёдра на пятый этаж на себе) Кемерово показался им раем на земле. Да они собственно мало где были до этого. Угнетали общаги, безденежье и непонятое положение. Но мой друг по-прежнему держался за своё место под солнцем мёртвой хваткой. Бесплатный медосмотр, гражданство через год и ещё через два ипотека – квартира от застройщика почти за два миллиона рублей.

Мой приятель до сих пор пересчитывает секции на батареях в каждой комнате и греет руки от полотенцесушилки – всё работает! Он никогда не жил в новых квартирах, и всё происходящее показалось ему сказкой – своя квартира, гражданство, работа!

Это те новости, с которыми он нашёл меня и которыми щедро делится уже не первую неделю. Не то, чтобы я ищу подводные камни, просто спрашиваю, сколько ему выплачивать ипотеку и сопутствующие кредиты. На это он отвечает не так воодушевлённо.

Его зарпалата 15 тысяч рублей, у жены 10 тысяч. Из этих 25 тысяч совместного дохода 17 тысяч уходит на займ, кредиты и оплату коммуналки

Его зарпалата 15 тысяч рублей, у жены 10 тысяч. Из этих 25 тысяч совместного дохода 17 тысяч уходит на займ, кредиты и оплату коммуналки. Но ещё в квартире почти нет мебели и вообще почти ничего нет, а это ещё кредиты и ещё долги… Я уточнил, если сейчас они с трудом тянут это финансовое ярмо, как они планируют жить дальше? Мой приятель вполне логично ответил – ехать на заработки: север или Москва.

Я спросил о его собственной трёхкомнатной квартире в их маленьком шахтёрском городке. Оказалось, стоит запертая. Иногда наведывается кто-то из родни, создают иллюзию жизни. Возвращаться – ни за что и никогда. И на мои рассказы о том, как здесь живём мы, мой приятель резанул: «Если доживёте там до старости». Рецепт нашего долголетия видит один – уезжать в Россию. Ехать туда, где есть, по его мнению, будущее, непотрошеная красная рыба с икрой по 240 рублей за кило, горячие батареи и полная стабильность.

Итог нашего общения – его вполне лаконичная фраза на все мои расспросы о кредитах и зарплатах: «Зато в России жить!» И очередной рецепт: «Эмигрируйте в Россию! Срочно!»

Итог нашего общения – его вполне лаконичная фраза на все мои расспросы о кредитах и зарплатах: «Зато в России жить!» И очередной рецепт: «Эмигрируйте в Россию! Срочно!»

Когда-то кто-то грубовато пошутил о том, что можно писаться от счастья кипятком. Послушав своего друга, почитав целый абзац его письма о количестве секций на горячих батареях в его новой квартире с ипотекой в 20 лет, и остро почувствовал значимость этого выражения. Он счастлив! Он зверски рад тому, что всё решил, смог уладить и будет жить долго и счастливо в самой стабильной и благополучной стране на земле, в самом щедром крае у Бога за пазухой. И перечитывая его письма (два года по общагам, ипотека на 20 лет, невысокая зарплата и единственный выход – заработки) я не увидел в этом ничего такого, что вкладывал он красной строкой для меня. Денег остро не хватает. Желания опережают возможности на много лет. И единственный выход – заработки и жизнь врозь с семьёй, чтобы немного решить череду скопившихся проблем.

И ведь мы прошли здесь через обстрелы и страх, но я не понимаю этой радости от его новых, осознанно выбранных им проблем и, главное, радости от того, что он смог через это пройти. Отчего-то приходит в голову, что мы сами создаём себе иллюзии и верим в них. Верим в то, во что хотим верить. Мой друг верит, что выбрал лучшую жизнь в лучшем месте земли. И только тяжёлым бременем его возвращают к реальности кредиты, долги, сложно исполнимые планы, расстояния, на котором он оказался от всех родственников. Но горячим кипятком по ногам бежит счастье от новой жизни. Смог! Получилось! В России! И ничего плохого быть уже никогда просто не может.

Виталий Коршунов, преподаватель, город Луганск

Думки, висловлені в рубриці «Листи з окупованого Донбасу», передають погляди самих авторів і не конче відображають позицію Радіо Свобода

Надсилайте ваші листи: DonbasLysty@rferl.org

В ІНШИХ ЗМІ

Loading...

FACEBOOK КОМЕНТАРІ

XS
SM
MD
LG