Доступність посилання

03 грудня 2016, Київ 18:06

Только для «военных» Луганск – зона комфорта и сытости

(Друкуємо мовою оригіналу)

«Старый город» – так принято называть старую часть Луганска, старый центр города.

Места, где когда-то назначали свидания, гуляли, дефилируя в самодельных нарядах, где стреляли из тира на Ленинской и давали жизнь следующим поколениям луганчан в старом роддоме напротив. Старый центр можно в полчаса пройти пешком, а можно гулять по нему часами, любуясь и находя раз за разом новые, незамеченные раньше детали. Когда-то моя одноклассница по большому секрету рассказала мне, что её возлюбленный, теперь уже муж и отец двоих детей, впервые поцеловал её в беседке над рекой Луганью. С тех прошло 20 лет, но сколько раз я проезжаю мимо, столько раз думаю о них и улыбаюсь. И нашли же они ту беседку, нависающую над рекой...

Какой сейчас старый Луганск? Разный. Для людей в форме – сытый и счастливый. Для невоенных – грустный и разрушенный. И даже солнце и бабье лето не делают эту часть города лучше. Каждое попадание снарядов в старый город – попадание в моё сердце. Это как твоя жизнь, традиции и привычки, которые раз за разом отсекают частями.

Трамваи, старинный городской транспорт – украдены провода.

Старинные здания безмолвствуют.

На окнах – показания за электроэнергию и указания номеров телефонов владельцев или большими буквами «АРЕНДА».

Каждый день я возвращаюсь к тому, правильно ли я сделала, оставшись в Луганске год назад

Много, очень много военных. Как человечки в компьютерной игре, они движутся по заданным им векторам, сопровождаемые влюблёнными девушками. Для них Луганск – зона комфорта и сытости. Для меня – воспоминания. Каждый день я возвращаюсь к тому, правильно ли я сделала, оставшись в Луганске год назад. После прогулок по старому центру, решение остаться в Луганске кажется мне ошибкой. Ни блики солнца, ни бабье лето не делают эту часть города лучше, а следы разрушений менее заметными.

Я фотографирую город для уехавших друзей, для которых Луганск навсегда остался городом детства и счастливых воспоминаний. И получаю в ответ изумлённое «Где люди?».

Люди растворились, растаяли в воздухе, как прошлогодний снег, уступив место военным и их машинам

Люди растворились, растаяли в воздухе, как прошлогодний снег, уступив место военным и их машинам. Прошлым летом мы прижимались интуитивно спинами к стенам, когда мимо нас мчались танки и БТР. А сейчас гражданских людей не видно. Как такое может быть?

В субботу во дворце творчества в старом городе был большой детский праздник – день художника. Девчонки спешили впереди меня и обсуждали сладкий стол: «Я несу крекеры». «А я немного конфет». Интуитивно родители спешили побыстрее увести детей из старого города, торопились увести – отчего?

Но самое удивительное – это песня про кораблик на украинском языке, которую пели малыши со сцены. Украинский язык сейчас вытравливают отовсюду как татуировку о бывшей возлюбленной. Украина упоминается только нарицательно или никак, а тут песня, счастливая песня о кораблике, которую звонко пели со сцены, как будто не было этого года и шрамов на теле моего города.

Наверное, нужно иметь смелость рвать отношения навсегда, сохраняя счастливые воспоминания о хорошем периоде жизни. Наверное, нужно уметь жить легче и меньше думать. Наверное, нужно не замечать и улыбаться солнцу, закрывая глаза на разруху. Город, израненный пулями, покалеченный снарядами. Жив ли ты ещё? Сумеешь ли подняться и расправить плечи, в который раз доказав, что ты сильнее войн и обстоятельств, что ты способен как прежде влюблять в себя своим суровым великолепием?

Яна Викторова, преподаватель, город Луганск

Думки, висловлені в рубриці «Листи з окупованого Донбасу», передають погляди самих авторів і не конче відображають позицію Радіо Свобода


Надсилайте ваші листи: DonbasLysty@rferl.org

В ІНШИХ ЗМІ

Loading...

Показати коментарі

XS
SM
MD
LG