Доступність посилання

02 грудня 2016, Київ 22:33

Бесправные шахтеры – символ того, что происходит сейчас в «ДНР»

(Друкуємо мовою оригіналу)

На Макеевку, как и на воду, можно смотреть вечно. Смотреть и не понимать, как тотальная глупость смогла пробиться сквозь толщу десятилетий ортодоксального пролетарского молчания. Это не хорошо и не плохо. Просто здесь привыкли молчать.

Обращали ли вы внимание на выразителя «души» шахтёрского края в массе – самих шахтёров? Удивительно, но даже на митингах и забастовках эти суровые (без всякой иронии) и изнеможённые полугодовым бесплатным каторжным трудом лица не слишком говорливы. Как правило, они молчаливо смотрят на вас очерченными угольной пылью глазами, постукивая оранжевой каской в надежде на справедливый исход.

Снова верхам достаются «Лексусы» и поместья в шахтёрской столице, «кротам» – силикоз лёгких и песни о том, как почётно заработать эту болезнь

В лучшем случае находится один или пара ребят, которые скупо разъясняют зажравшимся королям угольных копий, что рисковать жизнью за «спасибо» на протяжении двух сотен дней эти люди больше не в состоянии. Им выдаётся зарплата, после чего на душе работяг появляется некоторая удовлетворённость и – что особенно важно для нашего эссе – благодарность (обязательно именная: «Алексей Степанычу» или «Александру Владимировичу»), и они заново лезут в забой, после чего всё повторяется снова. Верхам достаются «Лексусы» и поместья в шахтёрской столице, «кротам» – силикоз лёгких и песни о том, как почётно заработать эту болезнь.

Терпеть и ждать – привычные ценности тех, кого, как известно, так и не поставили на колени

Я не случайно начал эссе с образа наших шахтёров. Последние – своего рода символ того, что происходит сейчас в «ДНР». «День флага», «георгиевской ленты» и «второго с краю в пятом ряду» во время тотального обнищания региона, топливного кризиса и московских цен то и дело наводят на аналогию о воспевании мозолистых рук, пока эти самые руки едва сводят концы с концами. И ничего удивительного в этом не было бы, если бы не стёртые о народный лоб грабли, на которые мы наступаем уже в бессчётное количество раз. Терпеть и ждать – привычные ценности тех, кого, как известно, так и не поставили на колени, – а вот глубина этих двух качеств разнится в зависимости от окружающей вас «русскомирной» среды.

«Бомжи, захватившие ОГА в Донецке, не идут ни в какое сравнение с теми, кто сейчас стоит у здания исполкома в Макеевке, – там совсем всё печально»

И здесь на горизонте всплывает Макеевка. Помнится, когда донецкую ОГА только успели покинуть прежние её обитатели, мне позвонил один из знакомых и сказал, что «бомжи, захватившие ОГА в Донецке, не идут ни в какое сравнение с теми, кто сейчас стоит у здания исполкома в Макеевке, – там совсем всё печально». И действительно: 16-летние защитники «святой Руси» в грязных «спортивках» у шин и бочек с огнём, болтающие битой, как маятником, производили гнетущее впечатление, пока их не сменили те самые «Алексеи Степановичи» и «Владимировичи», потеснившие в сторонку своих менее образованных соплеменников.

Но вместо вполне природного рвотного рефлекса у большинства местных такая картинка вызывала своеобразный экстаз под общим названием «наши»: мать болтавшегося до этого по наркопритонам сынишки искренне гордилась тем, что отпрыск теперь участвует в нисхождении мировой истории и строительстве здания будущего. Как вдруг строить бросились все: город, молчавший до этого десятилетиями, в редких случаях присоединяясь к мейнстриму Донбасса – Донецку, вдруг ощутил перспективу перевести интуиции личной нищеты и каторжных будней в общегосударственный тренд, выползший позже на свет под названием «ДНР». В чём же причина такого поразительного единства взведённых курков у виска?

Всё дело в том, что если Донецк с его шахтёрско-пролетарской средой разбавлен дорогими отелями, бутиками, театрами и ресторанами, хоть и слабенько, но приоткрывающими голодным, но гордящимся вид в другой мир, – то в Макеевке с этим делом совсем худо. Выползая на свет божий после шахтёрской смены (она же – смена на ММК Кирова, каком-нибудь 17-часовом пищевом складе – etc.), вы не обнаруживаете ничего, кроме огромной бетонной бабы, держащей в своих руках такую же бетонную книгу у фасада ДК имени всё того же Кирова. Внутри – для особо требовательных зрителей – в лучшем случае можно обнаружить милых скачущих дам в кокошниках, готовых скрасить культурный досуг работяг. Но последние в большинстве своём выбирают не столь экзотическое извращение, а просто местный кабак, в котором можно утопить весь этот бетонный артхаус любителей «русских идей».

Немного личных примеров. Не далее как ещё в сентябре 2015 года, уже 2 месяца как переехав в Донецк из Макеевки, я предложил своей маме «выбраться в свет». Собственно, «свет» в наших краях достаточно скуден, но всё-таки предполагает: Донецк, приятный тёплый вечер на набережной, живую музыку, ужин в ещё работающих пищевых заведениях (ресторанами всё-таки их не рискну называть). На что получил вполне ожидаемый и резонный ответ человека, не выезжавшего из Макеевки лет так под восемь, – «что я там не видела?». И действительно – что? Зачем нужна вся эта вымученная буржуазная пастораль, если есть родной комбинат и маршрут №6 до Ханжёнково и обратно.

На вопрос «как собираетесь отмечать День шахтёра?» последовал ежегодный традиционный ответ «да посидим с пацанами в «кустах»

Другой пример. Старый друг – настолько старый, что знаю его как себя. На вопрос «как собираетесь отмечать День шахтёра?» последовал ежегодный традиционный ответ «да посидим с пацанами в «кустах». «Кусты» я намеренно взял в кавычки, т.к. они предполагают наличие стола и чего-то вроде беседки под вишнями в местном районе. Но это – молодые люди, не достигшие и тридцати, которые смотрят на меня как на идиота при вопросе «а когда вы вообще выбирались в Донецк?». До самого города ехать минут сорок, – но этих людей отделяют от него целые годы, при том что сам Донецк – далеко не Париж и не панацея от потерянной жизни.

Но такая картина – отнюдь не заслуга «республик»: 23 года намеренного превращения людей в «советского человека» с бутылью пива у подъездной скамейки в качестве основного ориентира на следующие 25 лет – то, за что наша страна заплатила слишком высокую цену, когда эти люди не почувствовали разницы между тем, что было, и тем, что есть сейчас, в «ДНР». И продолжает платить. И можно ли не увидеть связи между бетоном советских дворцов и тем, что моя мать пошла на «референдум», потому что «тётя Шура с шестого ходила»? Безвизовый режим с ЕС, – голубая мечта украинцев, – роскошь Версаля, Милана, Венеции… Кому вообще есть до этого дело среди тех, кто за четверть столетия ограничивался маршрутом «Харцызск-Торез», прекрасно чувствуя себя в местных «кустах»?

Макеевка – это не город. Это старый советский плакат о свиной колбасе, вреде пьянства и требовании «наливать до черты 0,5 л» вместе взятых. И переписать его куда сложнее, чем написать новое полотно на украинских просторах, которое бы вызывало зависть у тех, кто привык к свиной колбасе. И тогда сказки о «жидобандеровцах», так и мечтающих «рубануть» «непокорённых» с плеча, будут только фольклором в отделе сарказма у наших детей.

Сергей Андреев, безработный, город Макеевка

Думки, висловлені в рубриці «Листи з окупованого Донбасу», передають погляди самих авторів і не конче відображають позицію Радіо Свобода


Надсилайте ваші листи: DonbasLysty@rferl.org

В ІНШИХ ЗМІ

Loading...

Показати коментарі

XS
SM
MD
LG