Доступність посилання

ТОП новини
16 Липень 2019, Київ 23:17

Как МинТОТ взаимодействует с новой властью и что его ждет в будущем?


Министр по вопросам временно оккупированных территорий и внутренне перемещенных лиц Вадим Черныш

(Друкуємо мовою оригіналу)

С приходом нового президента Украины Владимира Зеленского работа Министерства по вопросам временно оккупированных территорий и внутренне перемещенных лиц пока не изменилась. Параллельно с его работой президент Зеленский предлагает свои планы по восстановлению мира.

Что ждет Донбасс при президенте Зеленском? Актуальна ли еще для Украины тема миротворцев и международной переходной администрации на Донбассе? И насколько реализуемы планы команды нового президента, как можно быстрее закончить войну, выполнив Минские соглашения?

Об этом Радио Донбасс.Реалии расспросило у министра по вопросам временно оккупированных территорий и внутренне перемещенных лиц Вадима Черныша.​

– Вы говорили о том, что у министерства есть механизм, как определить, что именно конкретные российские паспорта были выданы украинцам, которые проживают на оккупированных территориях. Как это делается? Разрабатываются ли в министерстве или в Кабмине какие-то санкции для украинцев, которые получили эти паспорта?

– Эти паспорта очень легко определить. Во-первых, там есть номер подразделения соответствующего органа Российской Федерации, который отвечает за выдачу. Мы знаем четко места, мы знаем коды, они даже прописаны в постановлении Кабинета министров. Поэтому их легко определить не только Украине, но и другим странам. У нас есть официальная поддержка Канады, и сейчас Евросоюз и США рассматривают процедурно, как это можно сделать.

Других санкций, кроме тех, которые мы готовим против российских чиновников, в Кабмине не готовится.

– Те граждане Украины, которые получили эти паспорта в пунктах выдачи, что их ждет? Смогут ли они получить загранпаспорт России, ездить по миру с этим паспортом?

Эти паспорта не дают внутренних российских привилегий. А обязанности дают
Вадим Черныш

​– Однозначно не смогут. И эти паспорта не будут принимать.

Еще один важный элемент – эти паспорта не дают внутренних российских привилегий. А обязанности дают. Потому что если человек получает эти документы, ставит птичку, что обязан выполнять все требования, которые накладываются на граждан Российской Федерации.

– Есть ли у Министерства по вопросам временно оккупированных территорий данные, сколько жителей ОРДЛО получили российские паспорта и что это за люди?

– По нашим данным, это чуть больше двух тысяч человек. Там условие, что сначала нужно получить так называемый «паспорт» этих так называемых «республик», а уже потом оформлять пакет документов на получение российского. У нас нет статистики, но мы получаем информацию из разных каналов. И, по нашим оценкам, даже таких людей, которые подали на эти бумажки так называемых «республик», около 20 тысяч.

– С чем вы связываете, что при новом президенте Владимире Зеленском удалось развести войска в Станице Луганской?

– Украина сейчас говорит, что у нас есть возможность пересмотреть некоторые позиции по поводу инициативы, но не более. Потому что это рамочное соглашение, оно было подписано в 2016 году. А конкретные места были согласованы.

В Станице Луганской был ступор по многим причинам. Он и сейчас есть. Там до сих пор не разобраны бетонные сооружения.

Мы действительно хотим достигать политико-дипломатического решения. Но если посмотреть по всей линии, есть уменьшение количества обстрелов? Нет. Уменьшение количества жертв? Динамика приблизительно та же. Тактически успех при разведении есть, а стратегически – пока нет. И это не по нашей вине, не по вине Украины, а потому что Российская Федерация занимает такую позицию.

– Из публичной риторики нового президента исчезла тема о миротворцах, международной переходной администрации. Значит ли это, что эта тема уже неактуальна для Донбасса?

– Нет. Наше министерство предлагает миротворческую миссию как путь к миру, но принимает решение президент. Мы предлагаем модель миротворческой миссии, где было бы как минимум три компонента: военный, полицейский и цивильный. Кстати, пример Восточной Славонии – это территория Хорватии – как раз является одним из немногих в мире, который благодаря такой форме имплементирован и возвращены территории в состав Хорватии.

Мы видели несколько тенденций в публичных заявлениях иностранных политиков. Временный поверенный в делах США Уильям Тейлор заявил, что, по его мнению, миротворческая миссия также является выходом из ситуации. А посол Франции недавно сказала, что вопрос миротворческой миссии уже не так актуален.

Следующая резолюция Совбеза ООН может быть направлена на имплементацию Минских соглашений, но через механизм миротворческой миссии

Саму позицию президента мы не знаем, он изучает разные модели. Думаю, в ближайшее время он сделает какие-то заявления.

А насчет Минских соглашений и миротворческой миссии – это не взаимоисключающие вещи. По нашему мнению, следующая резолюция Совета безопасности ООН может быть направлена на имплементацию Минских соглашений, но через механизм миротворческой миссии.

– Владимир Зеленский и его команда советуются с вами, с вашим министерством в этих вопросах? Или вы не общались и продолжаете выполнять свою работу?

– Мы продолжаем выполнять свою работу. Один раз я был на совещании у президента Зеленского. По одному тактическому вопросу мы выразили свою позицию, также мой заместитель был на совещании в Администрации президента по вопросам КПВВ.

Я вижу две формы сотрудничества между президентом и правительством. Это документальная форма, мы готовим предложения, отправляем, а президент или его офис изучает. Это допустимая форма. Не обязательно с каждым встречаться.

– Как вы думаете, какое будущее у Министерства по вопросам временно оккупированных территорий?

На протяжении трех лет все международные партнеры наоборот писали об усилении министерства

​– Честно, понятия не имею. Мне бы хотелось, чтобы это министерство не только сохранилось, потому что на протяжении трех лет все международные партнеры наоборот писали об усилении министерства. Это официальный отчет Atlantic Council, это рекомендация Евросоюза…

– В каком смысле, какие полномочия предлагают еще дать?

– В своем отчете они предложили ресурсы, в том числе, финансовые. И полномочия, которые бы позволяли больше следить и координировать действия, которые касаются гуманитарной помощи, стратегии, исполнения решения правительства.

– Во время недавней встречи власти и бизнеса Владимир Зеленский озвучил цифру в 300 миллиардов гривен на восстановление Донбасса. Знаете ли вы, откуда президент взял эту цифру? По вашим оценкам, сколько нужно для восстановления Донбасса?

– То, что имел в виду президент и как он получил цифры, нужно спрашивать у Офиса президента. Я могу сказать, что есть у правительства.

В 2014 году правительство Украины обратилось к трем институциям: ООН, Евросоюз и Мировой банк, чтобы провести оценку того, что нам нужно сделать из-за агрессии Российской Федерации. По разрушенной инфраструктуре посчитали полтора миллиарда долларов. Эта оценка была сделана только в тех районах, которые были доступны для экспертов, вблизи лини соприкосновения и только на подконтрольной территории. Оценка не менялась, хотя должна была.

Теперь тут есть две вещи. Мы говорим о восстановлении того, что разрушено? Но сейчас каждый день что-то разрушается, и поэтому эту оценку провести невозможно. Касательно восстановления связей, отраслей и секторов промышленности – это мультипликатор, который может быть, и большие цифры, которые назвал президент. Мы не имеем доступ к оккупированным территориям и не понимаем, какие процессы происходят, чтобы четко определить ущерб. Плюс, многое без специальной миссии не посчитать.

– А как вы относитесь к идее, чтобы украинский большой бизнес, олигархи участвовали в восстановлении, используя формулировку Владимира Зеленского?

– Я считаю, что идеальный вариант, когда деньги из бюджета не разворовываются и олигархи платят в бюджет справедливые налоги. За счет этих налогов восстанавливается или развивается, в том числе, Донбасс. Прямой способ финансирования всегда опасен. Есть определенный риск, не даем ли мы при таком подходе дополнительный рычаг дальше строить монополию на всех уровнях.

– Если будут отвязаны выплаты соцпособия от справки переселенца, технически возможно ли Украине выплачивать людям, пенсионерам деньги на тех территориях?

– Конечно, почему нет.

– А как это будет происходить?

– На карточку.

– Но там нет банкоматов.

– Банкоматы есть возле линии соприкосновения. И ездят бронированные машины до линии соприкосновения.

На оккупированных территориях нет украинской банковской системы. Там невозможно выплачивать до возвращения контроля

А на оккупированных территориях нет украинской банковской системы. Там невозможно выплачивать до возвращения контроля. Возможна только одна схема получения денег – как сейчас. Снять их – это один вопрос, рассчитаться – уже другой вопрос. У нас 12 миллионов в год перемещения граждан по линии соприкосновения.

Для тех, кто не может приехать, есть исключения. Красный Крест предложил свою помощь в организации процесса. Но это все обсуждается в Минске. В Минске вопрос уплаты пенсий связан с двумя вещами: с банковской системой и с уплатой налогов. Ведь Пенсионный фонд не просто наполняется из воздуха. «Отжали» предприятия, которые там работали до последнего дня, платили налоги в бюджет Украины.

ПОСЛЕДНИЙ ВЫПУСК РАДИО ДОНБАСС.РЕАЛИИ:

(Радіо Свобода опублікувало цей матеріал у рамках спецпроекту для жителів окупованої частини Донбасу. Якщо ви живете в ОРДЛО і хочете поділитися своєю історією – пишіть нам на пошту
Donbas_Radio@rferl.org, у фейсбук чи телефонуйте на автовідповідач 0800300403 (безкоштовно). Ваше ім'я не буде розкрите).

FACEBOOK КОМЕНТАРІ

XS
SM
MD
LG