Доступність посилання

ТОП новини
28 січня 2020, Київ 02:54

Выйти на уровень 2013 года: прогнозы экономистов на следующий год


Ілюстраційне фото

(Друкуємо мовою оригіналу)

Вырасти на 40% за следующие 5 лет. Такую цель перед украинской экономикой поставил глава Кабинета министров Алексей Гончарук, ему верит и президент Владимир Зеленский. Это – один из ответов правительства на запрос украинцев жить «как до войны» 2014 года.

Возможно ли это – на фоне проблем переговоров с МВФ, больших долгов Украины, отсутствия договора по транзиту газа и возможного нового большого сырьевого кризиса в мире? Какие выходы видит правительство? И как рост ВВП отразится на простых украинцах?

Об этом в эфире Радио Донбасс.Реалии говорили экономист, директор Института социально-экономической трансформации Илья Несходовский и старший научный сотрудник Института экономических исследований и политических консультаций Виталий Кравчук.

– Коллеги, есть ли основания полагать, что украинцы за проходящий 2019 года стали жить лучше, хуже или на таком же уровне? Как экономисты это видят?

Илья Несходовский: Экономика растет, растет объективно. Это касается и официальных показателей, и относительно субъективных оценок, как живут украинцы.

Статистика полётов увеличивается, чек в магазине существенно увеличивается. И по официальной статистике мы видим, что долларовые заработные платы в Украине достигли уровня 2013 года, постоянно растет и реальная заработная плата. Индекс инфляции снизился до 5% за предыдущий месяц, мы достигли нашего ключевого показателя. Видим ситуацию с курсом доллара. Слабая экономика не приводила бы к такому. Очень много факторов, которые свидетельствуют, что украинцы стали жить лучше.

Илья Несходовский, экономист, директор Института социально-экономической трансформации
Илья Несходовский, экономист, директор Института социально-экономической трансформации

– Есть еще такое ощущение у людей, что жили хорошо, когда доллар был по 8 гривен. Приближается ли сейчас благосостояние украинцев или макроэкономические показатели украинской экономики к тем показателям 2013 года?

Виталий Кравчук: Какие-то приближаются. Например, показатели долларового импорта довольно близки к предкризисным показателям, особенно по категориям потребительских товаров, продукции машиностроения, по реальным зарплатам, по потреблению. Но мы еще не вышли полностью на тот уровень.

Надо учитывать, что статистика сейчас идет на намного меньшую территорию, по сравнению с докризисной.

– Да, есть оккупированные территории, Крым и Донбасс. То есть, это могут быть цифровые манипуляции?

Илья Несходовский: Нет. Статистика сейчас дает [показатели] без этих регионов. Но я бы хотел отметить, что средние зарплаты в Украине до оккупации, в Донецке, например, часто были на втором-третьем уровне по размерам зарплат по сравнению со всеми областями Украины. Это был хороший показатель, который также вытаскивал среднюю зарплату по стране. Поэтому когда эти территории были оккупированы, предприятия там остановились. Это привело не только к тому, что мы отняли механически, но и хорошую качественную часть наших показателей, которые у нас были.

– Корреспондент Донбасс.Реалии Алексей Виноградов поднял статистику за прошедший год по доходам жителей Луганской области:

«С декабря 2018-го и до ноября 2019 года средняя зарплата в регионе увеличилась чуть более, чем на 400 гривен, это данные главного управления статистики в Луганской области. Если посмотреть, раздвинув по отраслям, то по большей части увеличение прошло в сельском хозяйстве. За год там зарплаты увеличились с семи до десяти тысяч гривен. И благодаря этому сельское хозяйство вошло в число наиболее оплачиваемых отраслей на Луганщине, это было зафиксировано осенью. Также в числе отраслей с наивысшей оплатой труда остаются госуправление и оборона, финансовая и страховая деятельность, промышленность, по большей части за счет шахт, химпредприятий, а также производителей электронной продукции, и научная деятельность. Средняя зарплата здесь от девяти до тринадцати тысяч. Правда, по сравнению с прошлым годом, по всех этих отраслях, кроме промышленности, зарплаты уменьшились в среднем на две тысячи гривен. В большинстве других отраслей средняя зарплата колеблется в пределах от шести до восьми тысяч гривен. А наименьшая зарплата в регионе в сферах временного размещения и организации питания».

– Виталий, как вы смотрите на эти цифры, озвученные Алексеем Гончаруком – 40% за пять лет? Это по 7% в год. Это скорее политическое заявление, или это возможно?

Виталий Кравчук: Это очень оптимистичный сценарий. Мне сложно видеть, что мы выйдем на 40%. Но при благоприятном совпадении внешних факторов и внутренних реформ, можно выйти на неплохие показатели. Может на 5-6% в год.

– А что должно совпасть?

Виталий Кравчук: С одной стороны, чтобы не было глобального кризиса, который бы обвалил наш экспорт. С другой стороны, чтобы не буксовали внутренние реформы, а привели к каким-то результатам.

– Вы рассматриваете открытие рынка земли как необходимую реформу для такого роста?

Виталий Кравчук: Это сложный вопрос. Если абстрагироваться от конкретных эффектов на индивидуальных производителей и сельское население, чисто макроэкономический эффект, скорее всего, будет позитивный. Это будет способствовать более быстрому росту. Вопрос, на каких условиях это будет достигнуто.

Виталий Кравчук, старший научный сотрудник Института экономических исследований и политических консультаций
Виталий Кравчук, старший научный сотрудник Института экономических исследований и политических консультаций

– А как вообще отражаются подобные цифры? Допустим, экономика выросла на 7%, мы обязательно должны стать богаче, жить лучше?

Илья Несходовский: Два фактора. Растет экономика, соответственно, ВВП на душу населения также растет. Теперь вопрос – как распределяется эта заработанная дополнительная стоимость, которая была создана в национальной экономике между гражданами? Если она будет делиться не в чей-то карман, как мы это наблюдаем в России. Когда полученные деньги от выгодной мировой конъюнктуры идут в непонятные фонды, на зарплаты крупных чиновников.

Россия очень богатая страна, но перераспределение национального продута происходит не в пользу простых россиян. У нас тенденции положительные. Потому что если мы в 2014 году перераспределяли через публичные финансы 51% через ВВП, то есть, мы каждую вторую гривну забирали и решали, куда будем ее тратить, [то] сейчас это 42%. Это положительная динамика. Мы уменьшаем распределение, значит у людей остается больше денег. Относительно бюджетников, их зарплаты зависят от принятых административных решений и бюджета. Административные решения не связаны с ростом экономики.

– Виталий, по вашим ощущениям, видению – в ближайшие пять лет Украина это какая страна? Сельскохозяйственная? Где вы видите точки роста? Чем Украина будет интересна миру и чем будет получать валюту?

Виталий Кравчук: Не вижу противоречий между развитием сельскохозяйственным и промышленным экспортом. У нас большие ресурсы и там, и там. Было бы неплохо, если бы у нас доля сельского хозяйства немного уменьшилась, но чисто ради того, чтобы быстрее росли другие отрасли экономики.

– Какие?

Виталий Кравчук: Или промышленность, или услуги, или строительство. У нас сейчас довольно немаленький айтишный экспорт, металлургия остается тоже довольно существенным источником валютных доходов, машиностроение может стать большим источником, та же пищевая промышленность.

– Минус три миллиарда долларов, скорее всего, Украина не получит в следующем году за транзит, пока нет договора. Украинское руководство уже говорит об этом. Следующий год – пик выплат украинских долгов, об этом говорил Алексей Гончарук, каждая третья гривна пойдет на погашение долга. Как вы оцениваете ситуацию с финансовой стабильностью?

Виталий Кравчук: Риски всегда есть, мы живем в Украине. С другой стороны, прогноз ВВП на следующий год порядка 180 миллиардов долларов. Это существенная потеря, но это где-то полтора процента. Но то, что у нас полные запасы, значит, что мы имеем относительно сильную переговорную позицию и можем себе позволить требовать приемлемые для нас условия. Это не означает, что мы прекращаем переговоры. Потери не обязательно могут достичь 3 миллиардов.

По долгам процентные ставки будут снижаться – по прогнозам – не только у нас. И в той мере, насколько у нас будет доступ к долговым рынкам, по приемлемым процентам можно будет рефинансировать этот долг.

– Коллеги, всех интересует вопрос, прогноз: какой будет курс гривны к доллару в следующем году?

Илья Несходовский: Я давал неправильный прогноз на конец этого года, думал, будет выше. Но цена газа существенно упала летом, урожай оказался рекордным за последние много лет, и деятельность Минфина. Мы говорили про долг, но не проблема, что 60% долга, а в том, что мы его берем на 1-2 года, надо брать на 10-20 лет. Тогда процент обслуживания долга будет ниже в бюджете. Можно прогнозировать, но только исходя из показателей, которые есть на данный момент. Если происходит форс-мажор… В январе-феврале ситуация может подтянуться выше, потому что будет неопределенность с договором по транзиту газа. И Минфин еще не будет выходить на рынок. Это приведет к определенному откату.

Но планы по приватизации, по открытию рынка земли – однозначно плюс валюта, это укрепление гривны.

ПОСЛЕДНИЙ ВЫПУСК РАДИО ДОНБАСС.РЕАЛИИ:

(Радіо Донбас.Реалії працює по обидва боки лінії розмежування. Якщо ви живете в ОРДЛО і хочете поділитися своєю історією – пишіть нам на пошту Donbas_Radio@rferl.org, у фейсбук чи телефонуйте на автовідповідач 0800300403 (безкоштовно). Ваше ім'я не буде розкрите)

FACEBOOK КОМЕНТАРІ

XS
SM
MD
LG