(Друкуємо мовою оригіналу)
В оппозиционных телеграмм-каналах белорусы координируют продолжение протеста, только теперь их призывают найти каски, наколенники и очки, а также собрать аптечку.
В ночь на 10 августа на площади Победителей в Минске и на улицах городов Беларуси пролилась кровь: силовики разгоняли протесты несогласных с результатами выборов, которые, по данным ЦИК, выиграл Александр Лукашенко, и арестовывали участников (кандидат в президенты Беларуси Светлана Тихановская оспаривает объявленные ЦИК результаты – ред.). Власть также частично отключила в стране интернет.
Что происходит в Беларуси сейчас? И как повлияют эти события на Украину?
Об этом в эфире Радио Донбасс.Реалии говорили журналист Белорусской службы Радио Свобода Валерий Калиновский, украинский политолог Олег Саакян и журналист «Европейской правды» Юрий Панченко.
– По данным ЦИК Беларуси, Лукашенко имеет 80% голосов, его соперница Тихановская – 10%. Явка составила 80%, а ночь подсчёта прошла на фоне сирен скорых, автозака, который протаранил митинг и наехал на человека, ожогов, оглушений, ран от травматического оружия. По официальной информации МВД Беларуси (10 августа), протесты прошли в 33-х городах, задержано больше 3 тысяч человек, их них тысяча – непосредственно в Минске.
Количество участников оценивали по-разному. Чаще всего в СМИ фигурирует формулировка «десятки тысяч» и подано разные данные о жертвах.
Валерий Калиновский: Я был бы осторожен насчёт информации о погибших: надо дождаться, чтобы были конкретные свидетельства.
Масштаб протестной акции был не самый большой. В 2006 и 2010 годах в Беларуси выходило больше людей. В этот раз это были разрозненные группы, по 100-200 человек, которые хаотично собирались в разных местах и хотели высказать своё нежелание признавать эти итоги выборов. Эта акция постоянно рассекалась ОМОНом, не была управляемой из единого центра.
Милицейские силы были очень большими. Больше тысячи человек, спецоборудование, водомёты, светошумовые гранаты, резиновые пули, специальная другая техника для разгона демонстраций – думаю, что в Украине нет такой. Она чрезмерно употреблялась милицией, не было агрессивно настроенной толпы. Были мирные люди, если кто-то проявлял какую-то агрессию, то сами демонстранты их успокаивали.
Конечно, 100 тысяч демонстрантов не было, если б и было, то был бы другой разговор, возможно, другие итоги противостояний. Было до 10 тысяч в Минске, я так думаю. Может, даже меньше.
– То есть по масштабу акция была меньшей, чем уже видела Беларусь, но по насилию более агрессивной, с точки зрения реакции власти?
Валерий Калиновский: Более агрессивная. З 2010 года белорусские правоохранительные органы значительно укрепились материально и, может, морально, потому что они действовали отчаянно. Такого массового брутального разгона мирных безоружных граждан Беларусь ещё не видела.
Но это – детский лепет, я бы сказал, по сравнению с тем, что было в Киеве или вообще в других местах. Но в целом это был мирный протест и неадекватная реакция на разгон.
Я связался с участниками акции, они говорили, что «когда на нас нападали, мы старались делать отпор и отбить наших ребят, которых задерживали». Но отбить в целом не удалось. Три тысячи человек по Беларуси, половина из них в Минске, были арестованы. Около полусотни серьёзно раненых людей: колотые раны, ожоги, пули резиновые. Многие говорят, что есть погибшие, но пока мы ждём официального подтверждения от семьи или властей.
Трудно оценить, как всё было. Сейчас уголовное дело сто следователей разбирают, собраны видеоматериалы, будут подводить итог.
Люди вышли, чтобы просто высказать свой протест и желание мирно добиться свободных, демократических выборов. Это было сделано так, чтобы не спровоцировать такого разгона, но он случился. В Беларуси любой человек, даже если один выйдет с плакатом, транспарантом в центр города – это уже провокация. Его арестуют и посадят на 15 суток. А тут вышло несколько тысяч – конечно, они так отреагировали.
Кров, світлошумові гранати і сльозогінний газ. У Білорусі силовики жорстоко розігнали протестувальників після виборів (фоторепортаж)
– Как, по вашим наблюдениям, реагируют на произошедшее люди, которые не пребывают в политическом контексте?
Валерий Калиновский: Люди шокированы. Нет интернета, социальные сети отключены. Телефоны-то остаются. Люди встречаются, быстро узнают информацию, не смотря на отсутствие интернета. Они возмущаются и волнуются за то, что будет с родиной и с ними.
Не думаю, что эти 80%, которые нарисовали за Лукашенко в очередной раз, отражают реальные мнения белорусов. Думаю, что в этот раз люди проголосовали за другую кандидатку, за Тихановскую, потому что она обещала честные выборы. Но Лукашенко действует очень жёстко. Его административная и милицейские системы не дрогнули, там фактически никто не пошёл в поперёк «бацька».
Мы не ожидали этих событий, такой бурной предвыборной кампании. Думали, что Лукашенко опять себя переназначит, но вдруг случился подъём.
– Напоминает ли увиденное хоть немного Майдан?
Олег Саакян: Немного напоминает, но всё-таки контекст другой, поэтому полной аналогии проводить не стоит. Если их и делать,то всё-таки с Оранжевой революцией, нежели с Революцией достоинства.
Это – протест без лидеров фактически. Здесь общественный протест создаёт, выводит лидеров и фактически подталкивает их к определённым действиям. Та же Тихановская намного менее активна, нежели среднестатистический протестующий белорус. С Украиной здесь, например, общее с Революцией достоинства и с Оранжевой революцией.
Для Беларуси будут очень сложными ближайшие дни, поскольку хорошего выбора на этих выборах не было. Их и выборами назвать сложно.
Россия стратегически уже на этих выборах проиграла, но тактически она выигрывает, поскольку вариант с силовыми противостояниями, которые приведут к условно революционным событиям в Беларуси, для России достаточно выгоден, поскольку по разным направлениям именно Россия в этом хаосе имеет наибольшие акты для того, чтобы его контролировать и фактически она стоит на финишной прямой в любом случае.
И сейчас в случае ослабления Лукашенко, когда он остаётся, он также фактически идёт в объятия России, поскольку те паростки коммуникации с Западом, которые за эти годы создавались, альтернативы – всё это фактически обрезается, поскольку Запад сейчас попадает на растяжку между реальной политикой и ценностями, которые исповедует и защищает.
На самом деле Россия решает для себя несколько вопросов. Абсолютно правильно один из дозвонившихся сказал, что оппозиционные кандидаты имеют очень яркие кремлёвские уши за собой. Кто-то возглавлял банк «газпромовский», кто-то нанимал политтехнологов. То есть Россия играла в две руки.
Есть органический протест, который накопился, и сейчас создаётся ситуация, когда «бацька» так или иначе ослабевает. Фактически теперь для него закрывается дорога на Запад, и он идёт в объятия России и Китая. Китай не заместил российской влияние, оно очень колоссально в самой Беларуси. Это, конечно же, картинка для российского обывателя, мол, «Смотрите: хотите так, как там? Хотите так, как в Украине, как у других странах, где Майданы были?».
Разгоны, кровь, жёсткая реакция – это в ключе условного русского Хабаровска в виде того, что «смотрите, что может быть». «Мы вас не трогаем в России», «мы вам даём возможность», «у нас – вообще демократия», а «бацька» тем сразу головы поразбивал. Соответственно это тоже пугалка. Россия будет пользоваться ими по максимуму.
Тем, что запустил маховик непропорционального насилия, Лукашенко запустил счётчик, который начал отсчитывать время его пребывания при власти в обратную сторону.
Янукович в своё время, интенсифицировав насилие, прокрутил его с бешенной скоростью (он бы мог тикать годами) за месяц. Лукашенко сейчас наступает на те же грабли: он сейчас стремительно прокручивает этот счётчик и палит время.
Юрий Панченко: На мой взгляд, ключевая идея России не в том, чтобы сменить Лукашенко на какого-то другого кандидата. Несмотря на все связи кандидатов с Россией и на то, что, по украинским меркам, они очень пророссийские, их нельзя назвать более или менее выгодными, чем Лукашенко.
У России есть чёткое понимание, что любой политик, который даже дружественный к ней, рано или поздно начинает склоняться в сторону ЕС. Единственная гарантия – держать его на очень коротком поводке, и только тогда жёсткое контролирование. Лукашенко пытался как-то флиртовать с Западом, что, естественно, тоже разрежало Россию. Скорее всего, они заинтересованы не столько в замене, сколько в ситуации нестабильности, когда Запад не станет вмешиваться, а помощь России станет ключевым фактором, который будет заставлять либо Лукашенко, либо кого-то другого идти на уступки России.
Последние пять лет Минск всё-таки пытался стабилизировать отношения с Западом. Во многом ему это удалось: была снята большая часть санкций, возвращались послы, даже США такой вопрос рассматривали. Минск потихоньку выходил из тупика. Естественно, что такая победа Лукашенко загонит его обратно. Скорее всего, это более выгодно России. Соглашусь, что Россия выигрывает тактически, но не стратегически. Поддерживая Лукашенко, она поддерживает политика, которого уже не любят. Ничего нового он предложить не может, только реконструировать что-то старое. Соответственно, поддерживая политика, которого всё больше и больше не любят, или даже ненавидят, Россия стреляет себе в ногу и сильно проигрывает стратегически.
ПОСЛЕДНИЙ ВЫПУСК РАДИО ДОНБАСС.РЕАЛИИ:
(Радіо Донбас.Реалії працює по обидва боки лінії розмежування. Якщо ви живете в ОРДЛО і хочете поділитися своєю історією – пишіть нам на пошту Donbas_Radio@rferl.org, у фейсбук чи телефонуйте на автовідповідач 0800300403 (безкоштовно). Ваше ім'я не буде розкрите).
